Как будет побеждена бытовая коррупция, рассказал Олжас Бектенов

21 Февраля, 2019, 12:47 2759
  • Видео

Сколько коррупционеров скрываются за рубежом, как намерены победить бытовую коррупцию и сколько правонарушений зафиксировано в текущем году, рассказал заместитель председателя Агентства по делам госслужбы и противодействию коррупции Олжас Бектенов.

А.Олжабаева: Это BNews Online. Меня зовут Акмарал Олжабаева. Сегодня в студии в гостях заместитель председателя Агентства РК по делам госслужбы и противодействию коррупции Олжас Бектенов. Олжас Абаевич, здравствуйте!

О.Бектенов: Здравствуйте, Акмарал!

А.Олжабаева: Скажите, пожалуйста, сколько коррупционеров сейчас находятся за рубежом? Вот сразу с такого вопроса начнем.

О.Бектенов: Интересный вопрос. В настоящее время от органов следствия за совершение коррупционных правонарушений за рубежом скрываются 33 человека, все они объявлены в розыск.  Это различные страны. Российская Федерация, Великобритания, США, Швейцария, Швеция и т.д. Проводится работа по их возвращению в страну. Есть строго регламентированные правила, установленные Уголовно-процессуальным законодательством. Эта обязанность возложена на органы следствия и на Генеральную прокуратуру. Работа ведется, все понесут заслуженное наказание.

А.Олжабаева: Среди них в основном кто?

О.Бектенов: Там разный состав. И чиновники, совершившие коррупционные правонарушения. Различные лица.

А.Олжабаева: Скажите, а какую работу проводят в АДГСПК для недопущения как раз-таки коррупционных проявлений?

О.Бектенов: Вопрос недопущения/превенции коррупции - это узловой момент, самый центральный и он основной в работе антикоррупционного органа, потому что самая основная наша задача – это не допустить. Не покарать или бороться с последствиями, а бороться с причинами. Мы не ставим себе задачу наказать как можно больше людей, это неправильно и мы не преследуем такой цели. Наша цель – устранить те причины, условия, предпосылки, которые способствуют совершению коррупционных правонарушений. Работа состоит из трех направлений:

Первый - это формирование антикоррупционной культуры граждан;

Второе направление - это непосредственно превенция или предупреждение;

Третье направление - это наказание за коррупцию.

По всем трем направлениям мы активно работаем. Если говорить о работе, которая идет по превенции коррупции, мы проводим анализы коррупционных рисков. Они бывают внешние и внутренние. Внешние – это когда подключается Агентство; внутренние – когда проводит сам государственный орган. В ходе анализов мы выявляем недоработки в законодательстве, какие-то узкие места в организационной деятельности того или иного государственного органа/организации и вносим рекомендации по их устранению, чтобы те или иные нормы не давали возможности недобросовестным чиновникам, должностным лицам совершать коррупционные правонарушения. Вот это основная работа.

Конечно, большую роль в предотвращении коррупции, в ее недопущении играет открытость, транспарентность в работе государственных органов, общественный контроль за деятельностью государственных органов – по всем этим направлениям мы также работаем.

В плане общественного контроля внедряются современные инструменты. К примеру, интерактивная карта общественного контроля – это онлайн-платформа, где в режиме реального времени любой человек может увидеть на карте, выбрать объект, который интересует его: дорога, детский сад, школа, дворовая площадка у себя во дворе, и посмотреть, сколько на него было выделено средств из бюджета, кто был подрядчиком, какие гарантийные сроки, вплоть до технической спецификации, т.е. что предусматривалось в проекте, что должно было быть. Если он не удовлетворён, видит, что по факту получилось совсем другое, он тут же имеет возможность подать жалобу здесь же на этой карте на портале и она сразу попадет и в уполномоченный орган, и в акимат, и к нам в Агентство. Сейчас по городу Астана этот проект реализован. Также есть мобильный агент. Приложение разработали по нашей инициативе. Это инструмент обратной связи при получении госуслуг. Если человек недоволен качеством оказанной государством услуги, он может тут же, не отходя, в мобильном приложении поставить оценку, описать проблему. В течение пяти минут его проблема должна быть рассмотрена. Если в течение пяти минут меры не принимаются, автоматически сигнал поступает в Агентство и в наши территориальные подразделения и уже мы реагируем, т.к. мы уполномочены на контроль в сфере государственных услуг. Вот такая работа проводится и по формированию антикоррупционной культур, и в образовательной среде, т.е. среди учащихся, студентов. Надо воспитывать неприятие коррупции с молодых ногтей, т.е. человек должен воспитываться в такой атмосфере.

А.Олжабаева: А много ли казахстанцев обращаются непосредственно в Агентство, где заявляют, что им не понравилось качество представляемых услуг

О.Бектенов: Обращения есть. Регулярно к нам обращаются. В том числе, граждане, которые неудовлетворены качеством оказанных госуслуг. К сожалению, это есть, но тенденция идет к снижению всего этого. Вы знаете, у нас в стране активно идет процесс цифровизации, Президентом утверждена соответствующая государственная программа «Цифровой Казахстан».

А.Олжабаева: То есть, получается, у коррупционеров все меньше возможностей вывести деньги?

О.Бектенов: Конечно, конечно, однозначно. В Послании Глава государства поставил задачу, чтобы в текущем 2019-ом году довести долю оказания электронных услуг до 80%, в следующем году до 90%. Это говорит о том, что в 2020-ом году мы в этой сфере практически искореним бытовую коррупцию. Сейчас уже в принципе неплохие результаты по итогам 2018-го года, через портал электронного правительства оказано 69 % от всего объема государственных услуг, 16% оказаны через ЦОНы, итого 85%. 15% пока еще оказываются по старому порядку, т.е. путем посещения государственных органов. 69%, как я говорил, так, наверное, в процентах сложно представить много это или мало, если в абсолютных цифрах я скажу, чтобы было понятно, в год оказывается порядка 140 миллионов государственных услуг, 69% - это порядка 100 миллионов госуслуг оказано онлайн, т.е. вообще без какого-либо контакта между услугополучателем и услугодателем. Это полностью исключает какие-то коррупционные моменты. И в этом направлении, как я сказал, мы активно движемся. Есть уполномоченный орган – Министерство информации и коммуникаций, мы помогаем своими ресурсами и возможностями.

А.Олжабаева: Какую работу вы проводите для недопущения коррупционных проявлений. Неоднократно появляются новости, что задержали одного чиновника, задержали другого. Как ведете саму работу по выявлению коррупционных фактов?

О.Бектенов: Работа по выявлению коррупционных фактов/правонарушений проводится в строгом соответствии с действующим законодательством. Есть законодательством предоставленные антикоррупционной службе соответствующие полномочия по осуществлению оперативно-розыскной деятельности. Сигналы поступают как в виде обращений граждан, так и в порядке оперативной информации и затем начинается работа уже профессионалов в этом направлении, которые занимаются непосредственно изобличением, документированием всех противоправных действий. Затем уже идут факты, о которых уже общественность узнает: разоблачение, задержание. Дальше уже идут следственные мероприятия. Это все регламентировано. Работа такая проводится.

А.Олжабаева: Сам человек до последнего не знает, что за ним установили слежку, да? Прослушивают его мобильный телефон, возле дома дежурят?

О.Бектенов: Раскрывать специфику оперативно-розыскной деятельности я, конечно, не могу. Есть закон оперативно-розыскной деятельности, где все четко расписано, какие общие специальные оперативно-розыскные мероприятия в праве проводить правоохранительные органы. Конечно, они проводятся конфиденциально, т.е. в этом и суть. Если человек нарушает закон, то работа оперативников заключается в документировании его противоправной деятельности.

А.Олжабаева: Агентство по делам госслужбы и противодействию коррупции неоднократно заявляет о громких задержаниях. Можете привести пример, рассказать, как вы были свидетелем задержания, скажем, где вы знали, что сейчас рассматривается вопрос касательно одного человека, его окружения.

О.Бектенов: Конечно, я понимаю, что это может быть интересно людям. Но на самом деле это рутинная работа, я могу много примеров приводить. Нужно ли это, я не знаю. Есть набор средств, инструментов, которыми мы располагаем, которые мы в соответствии с законом применяем. Это, как я уже говорил, набор ряда оперативных мероприятий. И, конечно, в процессе этой работы оперативно-розыскной деятельности устанавливаются и все соучастники совершения какого-то коррупционного преступления, устанавливается вся цепочка. Естественно, это достаточно длительный, кропотливый процесс.

А.Олжабаева: А сколько в среднем уходит времени на выявление одной группировки?

О.Бектенов: Сложно сказать. Знаете, бывает очень быстро проходит: от получения информации до ее реализации, а бывает, что требуются и месяцы на это, чтобы задокументировать. Все зависит от сложности, от того, насколько преступники скрывают свою деятельность, конспирируют ее. Там масса факторов, которые влияют. Конечно, каждый случай индивидуален. От сложности зависит. Бывает, что и месяцы уходят.

А.Олжабаева: Сколько было коррупционных правонарушений в 2018 году?

О.Бектенов: В 2018 году зарегистрировано порядка чуть свыше 1700 коррупционных правонарушений. Но надо отметить очень отрадный факт, что начиная с 2016-го года, в 2017-ом, 2018-ом, если сравнить 2018-ый с 2016-ым годом, то мы наблюдаем снижение количества выявленных фактов коррупции почти на четверть - на 23%.

А.Олжабаева: Вы думаете, что начали меньше воровать или, может быть они придумали изощренные схемы?

О.Бектенов: Изощренные схемы, конечно, придумывают, но в любом случае, неотвратимость наказания присутствует. Любой, кто совершил преступление, он должен знать, что в любом случае возмездие настигнет его. Возможности антикоррупционного органа сейчас серьезные. Мы это связываем с масштабной профилактической работой. Это вопросы и автоматизации госуслуг, и вопросов формирования антикоррупционной культуры, и вопросы общественного контроля, и обеспечения прозрачности в деятельности госорганов. Сейчас сложно в процессе тех же государственных закупок совершить нарушение, обеспечить победу той или компании, это все уже на достаточно высоком уровне регламентировано. Поэтому все эти меры в комплексе дают хороший эффект и это очень хорошо. То есть мы, как антикоррупционный орган, многие думают, что мы хотим, чтобы наоборот как можно больше людей привлекалось, на самом деле это не так. Мы очень с большим воодушевлением воспринимаем это, что уровень коррупции снижается.

А.Олжабаева: Какие регионы попали в антилидеры и чиновники каких регионов больше всего проворовались?

О.Бектенов: В целом больше преступлений совершается сотрудниками местных исполнительных органов, потому что сейчас все вопросы реализации госполитики, они все на местах, все в руках местной власти. Соответственно больше соблазнов, больше возможностей и больше чиновников работает в местных органах власти, соответственно там мы фиксируем больше число правонарушений. Серьезные риски коррупционные присутствуют и в правоохранительных органах, квазигосударственный секторе тоже не остается в стороне он. Механическое освещение цифр – это не совсем правильно.

А.Олжабаева: В любом случае в числе антилидеров это акиматы, МВД и квазигосударственные секторы, да?

О.Бектенов: Да, акиматы, правоохранительные структуры, квазигоссектор, ориентировочно так.

А.Олжабаева: А регионы?

О.Бектенов: По регионам я затрудняюсь по 2018 году сказать цифры, но мы можем потом вам дать по количеству выявленных.

А.Олжабаева: А в 2019 году сколько уже правонарушений? Прошло всего полтора месяца?

О.Бектенов: Более 100 уже зарегистрировано. Но это не значит, что будет приговор суда, в процессе следствия устанавливается вся картина.

А.Олжабаева: Какие планы у Агентства по делам государственной службы и противодействию коррупции на 2019 год?

О.Бектенов: Сейчас большая работа проводится после послания, где Глава государства озвучивал необходимость распространения проекта «Регионы против коррупции» по всей стране, этот опыт начался в столице, начал реализовываться в прошлом году в феврале и до сих пор сейчас реализуется проект «Астана - адалдык аланы». Проекту сейчас год, его опыт сейчас распространяем на все регионы, в чем он заключается - это в искоренении бытовой коррупции, создании наиболее комфортных условий гражданам и государственным органам, создания так называемой безбарьерной среды, вот если это все обобщить, простыми словами сказать, то это должны чиновники повернуться лицом к простому гражданину, к его нуждам, не заставлять его бегать по кабинетам, бесконечно собирать какие-то документы - это вызывает озлобление и вызывает моменты, где возможны какие-то коррупционные поползновения. А сделать все максимально открыто просто, чтобы каждый человек получил необходимую услугу или информацию, то, что ему нужно от государства.

А.Олжабаева: Без того, что он придет с конвертом и передаст?

О.Бектенов: Да, а для этого надо создавать такую среду, которая не будет располагать к этому. Вот эти проекты об этом как раз, мы эту работу активно проводим вместе с местными исполнительными органами, кураторами проектов в каждом регионе являются заместители акима. Наш департамент является сокуратором, и мы вместе эту работу проводим. Естественно, основной вклад в искоренение бытовой коррупции должны вносить местные исполнительные органы, потому что в их руках все эти органы власти, они подчинены акиму, у них есть ресурсы соответствующие. То есть, если есть воля акима региона, первого руководителя, то все эти вопросы можно решить буквально в течение года предстоящего, полутора лет.

А.Олжабаева: Скажите, а бывали случаи, что к вам лично приходили с конвертом и просили оказать какую-либо услугу? Либо через ваших помощников передавали?

О.Бектенов: Ко мне лично нет, бывали, наверное, моменты, что кто-то что-то просил, но в этот момент государственный служащий, он должен повести себя строго в соответствии с действующим законом, он должен пресечь эти разговоры и сказать, что это уголовно наказуемое деяние со стороны того, кто предлагает такое же преступление. То есть в этот момент, мы почему сейчас большое внимание уделяем этическим вопросам на государственной службе, этический контроль, есть этический кодекс. Там четко прописаны все эти моменты и вообще опыт показывает, что за счет этического контроля мы можем снизить преступность, не довести до свершения, а остановить это все на уровне этики. Недавно наш коллега был в Японии и он говорит, что японцы полностью искоренили коррупцию на низовом среднем уровне в госаппарате, за счет внедрения высоких отечественных стандартов и жесткого контроля за этикой. То есть это тот путь, к которому нам надо тоже идти и к чему стремиться. Если сказать несколько слов о международном векторе, в целом мы очень активно взаимодействуем с нашими партнерами, с международными организациями, с международными организациями. Мы состоим в Стамбульском плане так сказать, по противодействию коррупции ОСР, заключается он в том, что раз в три года к нам приезжают эксперты ОСР и оценивает в целом антикоррупционную политику, всю антикоррупционную структуру, которая есть в стране. Вот последний четвертый раунд мониторинга прошел в 2017 году, осенью и сейчас мы находима в процессе исполнения этих рекомендаций. Дано 109 рекомендаций.

А.Олжабаева: А какую оценку они нам дают вам?

О.Бектенов: Они не дают как таковую оценку, что вы коррумпированы, они дают рекомендации. В общем хорошая рекомендация. ОСР - это большая площадка, большой форум развитых государств и вот эксперты ОСР, обобщив все положительную практику, дают ее нам. Эксперты ОСР дают нам готовый пакет мер, который мы реализуем, вот по нему мы сейчас двигаемся. Это очень хорошая мера.

А.Олжабаева: Вот смотрите, получается, что Агентство по делам госслужбы и противодействию коррупции выявляет, задерживает коллег из других министерств, из других ведомств, непосредственно в вашем ведомстве, в первую очередь ваши сотрудники проходят семинары, тренинги, были ли коррупционные правонарушения в вашем агентстве?

О.Бектенов: В самом агентстве, к сожалению, есть, мы тоже не исключение. И сейчас председатель проводит жесткий курс на очищение собственных рядов. Недавно, вы знаете, был печальный для нас факт, когда офицер антикоррупционной службы был уличен в совершении антикоррупционного правонарушения, но мы ничего не скрываем, мы открыты.

А.Олжабаева: Вы не стараетесь скрыть факты, которые происходят в ваших рядах?

О.Бектенов: Нет, такого быть не должно. То есть пресловутое честь мундира ведет к очень плохим последствиям, когда кто-то может безнаказанно совершать преступление. Это очень плохо, поэтому председателем Агентства такая задача поставлена. Не взирая на то наш сотрудник, не наш, все это пресекается, доводится до общественности и доводится до логического завершения, то есть до приговора суда. Жесткая позиция и в дисциплинарном плане при малейших каких-то признаках даже того, что где-то, кто-то не благонадежен сразу же принимаются жесткие кадровые решения.

А.Олжабаева: Олжас, спасибо Вам за интервью, желаем вам плодотворной работы в вашем агентстве, чтобы продолжали выявлять коррупционные правонарушения. Сегодня в студии был заместитель председателя Агентства по делам госслужбы и противодействию коррупции Олжас Бектенов.

Похожие новости