«Как влияет на экономики стран ЕАЭС слабое таможенное администрирование Кыргызстана?»

27 Октября, 2017, 10:00 1387
  • Видео

Уважаемые пользователи!
27 октября в 10:00 в студии портала BNews.kz пройдет онлайн-конференция с участием профессора кафедры «Экономика» Евразийского национального университета им. Л.Н. Гумилева Мадияровой Дианой Макаевной на тему «Как влияет на экономики стран ЕАЭС слабое таможенное администрирование Кыргызстана?». 

Ведущая. Это онлайн-конференция информационного портала BNews.kz. Меня зовут Мадина Аргын. Здравствуйте! Для укрепления Евразийского Экономического Союза в реальном секторе экономике будут осуществляться общие проекты. Об этом на Заседании Евразийского межправительственного совета в Ереване сказал Председатель Коллегии Евразийской Экономической Комиссии Тигран Саркисян. Об этом сегодня и поговорим. У нас в гостях Профессор кафедры «Экономика» Евразийского национального университета им. Л.Н. Гумилева Мадиярова Диана Макаевна. Диана Макаевна, здравствуйте! Я рада Вас приветствовать в нашей студии. Спасибо, что нашли время, чтобы нас посетить и поговорить на тему ЕАЭС. Начать наш разговор хотелось бы с новости, которая пару дней является главный хедлайнером. Напомню, что на заседании Европейской Экономической комиссии было озвучено, что сопоставление данных по взаимной торговле между КНР и Кыргызстаном за 2015-2017 годы выявили по направлению экспорт –Китай, импорт – Кыргызстан существенные расхождения по данным таможенной статистике. Насколько эта ситуация отразится на всех членах Союза?

Д. Мадиярова. Естественно, это экономические параметры, недоучтенные возможности не только Казахстанской экономики, но и всех стран Союза. Здесь существуют расхождения между поступлениями товаров. Существует такая разница и она не маленькая. В 2015 году она была 3,3 млрд., в 2016 году – превысила 4 млрд. такой фактор отклонения с Китаем во всех странах имеется. Можно наблюдать это на примере Армении. Выявление причин требует очень четких расчетов и анализов. Тем не менее, факт контрабанды и недоучета существует. Если посмотреть сколько одежды привозится в Киргизию, обуви, то мы увидим, что внутренние потребности в несколько раз превышают потребности самой Киргизии. Что касается поступления, оно снизалось за 2-3 года – в Казахстане на 18,2%, в России – на 5,1%, в Белоруссии – на 1,4%. Сумма потери государств очень серьезная. По Казахстану составляет 212 млн. долларов США, по России – 2,5 млрд. долларов США, по Белоруссии – 123-124 млн. долларов США. Это суммы потерь, которые произошли в результате организационных факторов. Это не до конца отработанные процедурные моменты, учетные моменты. Нужны новые подходы для устранения таких несоответствий.

Ведущая. То есть, это звоночек о том, что надо пересматривать и отходить от старой системы?

Д. Мадиярова. Надо учитывать то, что все страны в разной время вошли в Интеграционный Союз. Киргизия собиралась вступить в Таможенный Союз. Когда она вступала, это уже был Евро-Азиатский Союз. Очень много было изменений. Киргизия вступила на условиях того, что ее транзитное положение будет до 2020 года. И на этом этапе процесс совершенствования должен быть завершен. 4-5 июля 2017 года состоялись встречи по таможенным делам, обозначены были конкретные меры, но кикризская сторона около 4 месяцев не занимается этими вопросами. Наверное, время, последовательность и полнота этих работ должна была проведена в Киргизии. Будем считать, что это издержки переходного периода.

Ведущая. Все-таки до 2020 года у них время еще есть.

Д. Мадиярова. Когда мы переходили, Казахстану было предоставлено всего 6 месяцев. Киргизии предоставили 18 месяцев на устранение острых проблем. Многие вопросы не устранены.

Ведущая. Получается, во главе угла, слабое таможенное администрирование и определенные логистические проблемы, которые в скором будущем можно будет решить на территории всего Евразийского Союза.

Д. Мадиярова. Да, конечно, вопросы таможенного регулирования имеют место. Я думаю, что интеграционный процесс очень разный. Если бы наши экономики были на очень высоком уровне конкурентоспособности, не одна бы страна не шла на такую активную защиту своего национального рынка. Обеспечение безопасности заставляет в мире распространяться национальным стандартам.  С переходом к цифровой экономики, автоматически можно будет снять эти многие негативные моменты. Цифровая экономика – это прозрачность, унификация, единая идентификация. Сегодня масса проблем, мы работаем над формированием общих рынков энергетики, нефти, газа. Везде фигурируют национальные стандарты, у нас разная система налогов. В Белоруссии налогом не облагается, в России и Армении около 10-20%. Когда единый рынок начнет работать, произойдет приток с других стран, потому что конечная величина стоимости препаратов окажется не в выигрышном положении. Чтобы устранить эти нюансы, надо будет договориться странам найти приемлемую точку соприкосновения. Весь мир идет по пути унификации, благодаря новой технической волне, связанной с цифровой экономикой. Думаю, что очень много вопросов армянская сторона говорит о том, что у них разрабатывается вопрос инициатив. Надо договориться в унификации, идентификации, все эти вещи требуют согласования. На повестке дня Евразийской интеграции стоит вопрос обсуждения этих вопросов. В целом, другой альтернативы нет. Это та волна, которая скоро захватит всю страну. Сегодня можно наблюдать в других странах работотизацию. Сейчас интересное время, когда учет будет происходить автоматически. Сегодня в транспорте есть беспилотное управление. Я думаю, что наступает момент, когда в логистике произойдут изменения. Весь интерес организационных моментов будет заключаться в том, что все будет сосредоточено вокруг одной фирмы. Нас ждут очень интересные события через 10-15 лет.  Мы, наверное, даже не узнаем те тяжелые процедурные моменты на границе, которые сейчас имеем. Техническае волна сотрет многие шероховатости. Единые нормы должны быть.

Ведущая. Ну, посмотрим лет через 10-15, как это будет выглядеть в конечном итоге. Я бы хотела задать вот какой вопрос. Как я сказала, предлагается создать в реальном секторе экономики единый бренд, то есть, несколько товаров, которые будут выпускаться вместе разными странами Союза. Что бы Казахстан мог выпускать и совместно с кем?

Д. Мадиярова. Эта идея звучит уже не первый раз. Саркисян подчеркнул 2 вещи. Во-первых, это возможность создания таких брендов. Во-вторых, подчеркнул еще одну идею, что все проблемы интеграции – это недоинтеграция. Я бы даже углубила это выражение и сказала о том, что мы сегодня строим интеграцию на имеющихся предпосылках. Задача заключается в том, чтобы строить совместную интеграцию на базе новых ценностей, которые вместе создаем. Тут огромную роль играет Шелковый путь. Здесь участвуют все страны, и они могли бы даже услуги вместе создавать. Сама информатизация дает возможность распространить очень многие виды услуг, которые будут вместе созданы на рынках допустим, возьмем наш нефтяной рынок. Конечный продукт нефтехимии, который вы потребляете. В промежутке технических стадий много нюансов. На многих из них сосредоточены типы производства, большинство из которых в Казахстане еще не созданы. Тоже самое, допустим, в Китае. Что касается глубокой переработки с добавленной стоимостью. Россия очень хорошо экспортоориентирована, а в Китае, не смотря на то, что работает почти около 100 крупных заводов и около 2 000 маленьких,  не обеспечивают себя полностью. Поэтому они заинтересованы в  нашей продукции. Российские производственные мощности не догружены, и мы могли бы работать на уровне толлинга и экспортировать на территорию России казахстанскую продукцию нет необходимости. Китай ставил проблему по переработки нефти, и они уже сделали. А у нас эти производства не введены в действие. Здесь огромная возможность – Белоруссия может работать на переработке. Часть наших акций находится на украинских заводах, мы могли бы сегодня гнать продукт переработки с территории Херсонского завода через морские территории. Много возможностей у нас на энергоресурсах на этом рынке. У нас загружено около 30% мощностей в рамках ЕврАзЭС. Если взять те, которые используются – это около 6,5 млрд. квЧ, а в условиях правильной постановки интеграции и кооперирования мы могли бы довести эту цифру до 30 млрд. Сегодня на рынке газа мы имеем эффективность около 1 млрд., а при правильной постановки формирования общего рынка, мы можем 8 млрд. иметь доходов. Мы можем это иметь на всех рынках, потому что уровень конкурентоспособности низкий. Я провела исследовательскую работу, вместе со студентами, если брать шестизначную товарную номенклатуру, то у нас 10-15 % нашей продукции конкурентоспособны. Это не только у нас. По сравнению с нами намного выше у армян. А так, мы единая зона, которая нуждается в очень резком повышении конкурентоспособности на основе модернизированных моделей. Мы везде можем иметь определенные доходы.

Ведущая. То есть, многие проблемы можно было решить именно, собравшись воедино?

Д. Мадиярова. Чтобы повысить качество бензина, мы производим бензин, а с него получается масса товаров. Мы не производим половину из них. Технологическая волна в нефтяном секторе в углублении, она не коснулась нас. В этом отношении масса проблем. Надо создавать новые виды исследовательских лабораторий. У нас очень много нерешенных вопросов. Я думаю, что это общая задача и надо работать над общими брендами. Дипломатия не служит войне, она должна служить международной торговлей. Я думаю, что наша задача сегодня остра и важна. Не один политический нюанс не должен ослабить нашу марку на мировой арене. Казахстан был инициатором многих явлений, связанных с гуманизацией общества.

Ведущая. Я думаю, нас всех рассудит время, которое расставит все на свои места. Я напомню, что у нас сегодня в гостях была Профессор кафедры «Экономика» Евразийского национального университета им. Л.Н. Гумилева Мадиярова Диана Макаевна. В студии работала Мадина Аргын. До свидания! оРофычычыччсс

Похожие новости