Об изменениях стандартов оказания скорой медицинской помощи

29 августа, 2018, 09:21 3203
  • Фото
  • Видео

Уважаемые пользователи! 28 августа в студии портала BNews.kz прошла онлайн – конференция, посвященная изменениям стандартов оказания скорой медицинской помощи. В конференции принял участие директор РГП на ПВХ «Республиканский центр санитарной авиации» МЗ РК Нуржан Отарбаев.

 

 

 

Ведущая. Это Bnews-онлайн. Меня зовут Даля Насипова. Не так давно в Казахстане были введены новые стандарты по оказанию скорой медицинской помощи. В результате, время прибытия неотложки на место вызова удалось сократить на 28%, а успешность реанимации составила 51%. Подробнее об изменениях мы сегодня разговариваем с директором Республиканского Центра санитарной авиации Нуржаном Отарбаевым. Здравствуйте, Нуржан!

Н. Отарбаев. Здравствуйте!

Ведущая. Расскажите, чем продиктованы изменения, которые произошли?

Н. Отарбаев. В первую очередь, до этих изменений изучался текущий статус, текущее состояние проблем оказания скорой медицинской помощи – наземной и воздушной. В результате, очень актуальными стали следующие проблемы – большая разрозненная нескоординированная работа, уровень оказания скорой неотложной и медицинской помощи, который отличалась в селе и в городе. Также, была актуальной проблемой высокая до госпитальная летальность. Она остаётся и сейчас, но в динамике идёт улучшение. То есть, большое количество людей мы теряли до приезда скорой медицинской помощи, а также, во время транспортировки. Кроме этого, актуальным остаётся вопрос, которым мы сейчас занимаемся – это недостаточная квалификация персонала, именно в момент оказания экстренной медицинской помощи, которую необходимо оказывать по международным стандартам. Для этого они разработаны и внедрены в развитых странах. Еще одна актуальная проблема – это нагрузка на скорую медицинскую помощь. В Республике Казахстан в год поступает более 8 млн звонков на скорую медицинскую помощь. Если говорить статистическим языком, то получается где-то каждый второй житель вызывает скорую помощь. Такой колоссальной нагрузки в Европейских странах и развитых странах нет. Чем это чревато? Во-первых, большая нагрузка на скорую помощь и оказание помощи не свойственной скорой медицинской помощи. Получается, там, где скорая нужна – она не успевает.

Ведущая. Что изменилось?

Н. Отарбаев. Мы начали изменения в нескольких направлениях. Первое, то, о чем я говорил – это большая разрозненная структура и мы приняли с 2016 года за основы План единой двухуровневой структуры на уровне области. Первый уровень – на уровне области, второй – на уровне республики. На уровне области раньше скорая медицинская помощь была обособлена и в каждом районном центре была локальная скорая помощь, которая подчинялась главврачу районных больниц. Особого контроля качества оказания скорой медицинской помощи, скорости, внедрения международных стандартов не было. Сейчас мы объединили все структурные подразделения, которые оказывают скорую медицинскую помощь, на уровне области в единую областную Станцию скорой медицинской помощи. Таким образом, это удалось. Раньше не было цифровизации, сейчас это вполне возможно. Сейчас в единой информационной системе все станции скорой медицинской помощи области, а также весь санитарный транспорт легко прослеживается по GPS-навигации.

Ведущая. То есть, сейчас в каждом районе знают какой врач куда выехал?

Н. Отарбаев. Если раньше, к примеру, происходило ДТП между двумя районами, то набирая телефон, вы попадали в тот район на каком участке это произошло. Очень часто терялось время на то, чтобы найти с какого района выедет скорая помощь. Сейчас при наборе 103 поступает звонок в Центральную диспетчерскую и сразу по GPS-навигации видно какая скорая помощь рядом. На это время не теряется, и она отправляется сразу туда на оказание скорой медицинской помощи. Более того, если раньше на уровне районных подразделений обучение тоже было разрозненно, то сейчас это централизовано и по международным стандартам. Таким образом мы сокращаем время. Кроме того, в подчинение  этой службы мы передали локальное подразделение санитарной авиации. Теперь, получается, на уровне области в одних руках наземная и воздушная экстренная медицинская помощь. Где бы пациент не находился, звонок попадает в Центральную диспетчерскую области и тут же решается вопрос о направлении туда бригады скорой медицинской помощи. А какая бригада поедет, видно в информационной системе. Это первое инфраструктурное решение. Теперь, кто будет координировать работу над областями? Там будет работать Национальный Центр координации экстренной медицины. Сейчас эту работу координируем мы – Республиканский Центр санитарной авиации. Наши полномочия расширяются, и мы переименовываемся. В новом формате мы будет координировать всю работу.

Ведущая. Как вы теперь будете называться?

Н. Отарбаев. Национальный Центр координации экстренной медицины. В целом, оказание скорой медицинской помощи является частью оказания всей цепочки до госпитальной помощи. Она состоит из трех составляющих -  первая помощь, скорая медицинская помощь и помощь в приемном покое. Вся линейка оказания скорой медицинской помощи будет координироваться на уровне Республики нами, а мы являемся подведомственной организацией Министерства здравоохранения РК. На уровне области – это Областная Станция скорой медицинской помощи, в которой находится и воздушно-санитарная авиация.

Ведущая. За какое время теперь скорая может доехать до места вызова?

Н. Отарбаев. С начала этой реформы, мы мониторим исходные данные, а потом динамику их изменений. С учетом сельской местности, среднее время доезда скорой медицинской помощи было 25 минут. Потому что, есть села, которые расположены далеко от районных центров. Раньше в этих селах, практически, не организовывалась скорая медицинская помощь. Вся нагрузка ложилась на фельдшеров, которые были одни в рамках оказания медицинской помощи. Сейчас это, тоже, координируется в рамках одной системы. За 2 года, с начала этой реформы, время сократилось до 18 минут. Это хорошая динамика. В городе мы сократили с 20 минут до 10 минут. Как мы работаем с колоссальной нагрузкой? Вызовов скорой помощи очень много, даже несвойственных для самой скорой медицинской помощи. Понятие скорая – это там, где есть угроза жизни или здоровью. До реформы очень большая нагрузка была именно по тем вызовам, которые не представляют угрозы жизни и здоровью.

Ведущая. Например, с какими симптомами?

Н. Отарбаев. Например, небольшая температура, которая не вызывает даже потенциальных угроз здоровью. Небольшое повышение артериального давления, локальные боли, небольшие расстройства пищеварения. Любое недомогание и выезжает целая бригада скорой медицинской помощи. В результате, там, где реально необходима скорая медицинская помощь – ДТП, инфаркты, инсульты, потеря сознания, остановка сердца, скорая не успевает. Это большая нагрузка на персонал. В сутки до 25 выездов на одну бригаду.

Ведущая. 25 выездов – это по Астане?

Н. Отарбаев. Это, в среднем, по Казахстану. Что мы сделали в этой части? Мы разграничили вызовы, которые реально относятся к скорой помощи, от вызовов при обострении болезней. Мы перенаправили их в поликлиники. В поликлиниках мы создали круглосуточные посты неотложной помощи. Если пациенту нет потенциальной угрозы жизни и здоровью, то бригада скорой помощи поликлиники сама обслужит пациента. До этой реформы получался некий парадокс. На каком-то участке всегда вызывает скорую помощь, а поликлиника даже не в курсе, что на их участке есть пациент, который постоянно вызывает неотложку. Когда мы переадресовали это в поликлиники – это порядка 25% звонков, это стало уже колоссальной разгрузкой скорой медицинской помощи. Здесь мы ожидали и второй эффект – поликлиники усилят работу с теми пациентами, у которых есть хронические болезни. И это, действительно, оказалось так. Например, в Астане, когда мы с января 2018 года передали эти вызовы, непрофильные для скорой помощи, в поликлиники, то было 25 тысяч вызовов в месяц. В динамике, за полгода количество звонков уменьшилось с 25 тысяч до 1 тысячи. Каким образом они это сделали? Они просто увидели своих пациентов с хроническими болезнями и начали их лечить, таким образом снизили количество вызовов. Это то, что и требовалось. Тут двойной эффект. Первое – разгрузили скорую медицинскую помощь, второе – поликлиники увидели своих пациентов с хроническими болезнями и стали ими заниматься. По всей Республике идет хорошая динамика. На данном этапе мы разграничили все звонки на 4 категории. Раньше было 6 категорий звонков, и скорая обслуживала всех. Сейчас – 4 категории звонков, 3 категории обслуживает скорая медицинская помощь.

Ведущая. Что изменилось на дорогах? Пропускают ли машины скорой помощи другие водители? 

Н. Отарбаев. Да. В этой части есть определённые продвижения. Мы изучили международный опыт. Многое зависит от того, как видят и слышат скорую помощь. Международными экспертами и нами замечено, что нашу скорую, практически, не видно и не слышно, когда она едет. Не во всех случаях люди такие жестокие, что не пропускают, они просто не видят и не слышат ее. В половине северных регионов окна всегда закрыты из-за погодных условий. Тем более, у нас скорая помощь была белого цвета и ее, практически, не было видно. В этой части мы тоже провели реформу и утвердили Приказ Министром здравоохранения об изменении цветографической и звуковой характеристики санитарного транспорта. Все машины сейчас перекрашиваются в желтый цвет с яркими полосами. Есть приказ всегда включать звуковой сигнал, чтобы было слышно и обучить водителей правилам безопасного вождения. Эти 3 момента позволили, в тех областях, где это полностью сделали, сократить количество ДТП с участием санитарного транспорта на 60%. Это не требует больших вложений и ресурсов. После того, как машины стали видны и слышны, водители стали пропускать и это влияет на скорость передвижения санитарного транспорта и своевременного приезда. Количество опозданий за этот период снизилось на 25%.

Ведущая. То есть, ситуация на дорогах, с приходом нового стандарта, поменялась?

Н. Отарбаев. Да. Я думаю, что многие казахстанцы видели за рубежом, если проезжает скорая медицинская помощь, то ее слышно за несколько кварталов и все уступают дорогу. Эта реформа необходима и должна быть.

Ведущая. Для того, чтобы вовремя оказывать полноценную помощь, требуется хорошее оборудование. Насколько сегодня хорошо оборудованы машины скорой помощи и хватает ли техники?

Н. Отарбаев. Этот вопрос очень актуаленый, но, к сожалению, не полностью решён. На сегодняшний день каждая десятая машина скорой медицинской помощи недооснащена. Оснащение медицинским оборудованием составляет порядка 89%. Должно всегда быть на 120%. То есть, в запасе всегда должно быть оборудование на случай, если выйдет из строя и сразу поменять. Это, конечно, требует средства. И Республиканским и местным бюджетом предусматриваются средства, идут обновления. Над этим работаем и мы, и местные исполнительные органы. Что касается износа санитарного транспорта – износ достаточно высокий. Даже если мы говорим, что 100% обеспечено, внутри износ очень высокий. Износ происходит потому что, реанимобиль ездит на несвойственный вызов. Это не только износ санитарного транспорта, но и моральное и физическое истощение кадрового персонала. Международные эксперты говорят, что мы настолько богаты, что у нас скорая превратилась в поликлинику на колёсах. И мы тратим огромные ресурсы на санитарный транспорт, на оборудование и истощаем свой персонал. При этом, все равно опаздываем на экстренные вызовы. Я думаю, что с учётом того, что нагрузка уменьшится на скорую помощь, мы приведём все к международным стандартам.

Ведущая. Относительно персонала, который выезжает, непосредственно, на вызов. Что-то изменилось в их действиях?

 Н. Отарбаев. Как я уже говорил, большая составляющая, при транспортировке пациента – это практические навыки. Мы всегда склоняемся к международным стандартам, потому что, в мире доказано, что здесь нужны не глубокие теоретические знания, а практические знания оказания в экстренных ситуациях любого вида помощи. Мы обучили несколько тренеров по международным стандартам и начали каскадное обучение по всем областям, именно международным стандартам. Это базовая реанимация при сердечно-легочной недостаточности и остановки сердца, это расширенная реанимация, детская реанимация и реанимация при травмах. Эффект поразительный. Если раньше, при остановке сердца, мы спасали одного из четырёх, сейчас мы спасаем двоих. Процент успешной реанимации был 25%, сейчас – 50%. Я думаю, что мы ещё улучшим этот результат.

Ведущая. Не редко мы узнаем из СМИ о случаях нападений на фельдшеров. С чем это связано? Учат ли самих фельдшеров психологическим приемам, как успокоить человека?

Н. Отарбаев. Я думаю, что мы должны призвать население относиться к медицинской помощи не как к потребительскому сервису. Надо понимать, что экстренная медицинская помощь – это огромные ресурсы. Надо очень уважительно и правильно ими пользоваться. Государство выделяет огромные средства, чтобы всем бесплатно оказывать экстренную медицинскую помощь. Основная проблема врачей, которые работаю в скорой медицинской помощи – это некорректное отношение людей при вызове скорой медицинской помощи. Я бы хотел дать несколько рекомендаций, пользуясь вашей площадкой. Первое – если люди вызывают скорую медицинскую помощь, они должны понимать, что на том конце провода будут задавать вопросы, для того, чтобы быстрее и качественнее оказать эту помощь. Чем чётче и правильнее будут ответы, тем быстрее приедет скорая. Вопросы задаются, чтобы более дифференцировано понять, какой вид помощи будет необходим. Бывают случаи, когда вызывают в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, тогда возникает угроза персоналу. В этом случае в Приказе мы прописали, что, если персонал испытывает угрозу, он не должен оказывать медицинскую помощь до приезда соответствующих сил со стороны полиции. Мы не должны подвергать сам персонал этой опасности. Закон любой экстренной медицинской помощи гласит так: «Не увеличить количество пострадавших». Сейчас, если есть какая-то агрессия, то они вызывают полицию и когда уже есть безопасный коридор для оказания медицинской помощи, оказывают ее.

Ведущая. Насколько мне известно, в регионах оснащали планшетами людей, которые работают на скорой помощи. Насколько это оказалось эффективным? И, каким образом это сейчас используется?

Н. Отарбаев. Это то, о чем мы говорим – цифровизация скорой медицинской помощи. Если раньше это было в виде огромных планшетов, то теперь это в виде мобильных устройств. Там есть вся информация, которая необходима. Если бригада освободилась, нажимают кнопку и в центральной диспетчерской видно, что бригада свободна и ее можно использовать для следующего вызова. Там есть под рукой все необходимые протоколы, диагностика лечения. Иногда, в экстренных ситуациях бывает необходимость посмотреть, что именно в этой ситуации необходимо сделать. Это работает, это есть, это то будущее, к которому мы идем.

Ведущая. В каких случаях подключается санавиация?

Н. Отарбаев. Воздушная скорая помощь или санитарная авиация подключается в нескольких случаях. Первое – расстояние большое и наземным транспортом это будет долго и невозможно оказать эту помощь. Второе – в этом отдаленном населенном пункте нет соответствующего персонала или оборудования для оказания медицинской помощи. Третье – если масштаб произошедшего превышает ресурсы местных исполнительных органов. Далее, если есть необходимость отправки туда специалистов, в случае вспышек инфекции или других состояний. Кроме того, если есть на трассах случаи ДТП.

Ведущая. А хватает ли врачей, которые работают на санавиации?

Н. Отарбаев. Мы должны понимать, если оказывать на земле экстренную медицинскую помощь, это затруднено. В воздухе оказывать в 2 раза тяжелее. Службу санавиации для мобильных бригад отбираются лучшие из лучших. Дополнительно привлекаются консультанты из больниц, в том числе из республиканских и областных, для оказания помощи на месте. Консультанты тоже проходят предварительную подготовку особенностей оказания медицинской помощи в полете. Хочется выразить огромную благодарность всем сотрудникам скорой наземной и воздушной помощи, консультантам. Это медицинская помощь, за период работы санитарной авиации, оказана более 15 тысяч пациентам. Каждый из этих пациентов находился на гране жизни и смерти.

Ведущая. Хватает ли сегодня вертолетов, техники?

Н. Отарбаев. Сейчас у нас в наличие 30 воздушных судов. Половина вертолеты, половина – самолеты. Вертолеты – это современные Еврокоптеры, оснащенные медицинским оборудование. Один нюанс – они имеют ограничения по дальности – это 200 км. Здесь актуальным остается вопрос в дополнительных заправочных станциях, вертодромов. Над этим мы работаем с местными исполнительными органами. По самолетам у нас более актуальная проблема в отношении того, что мы всегда хотим новые самолеты. У самолета не бывает срока износа, у них бывает цикловой срок службы. Соответствующее разрешение дает Комитет гражданской авиации. Техника, которой более 20 лет, по шумоизоляции, по звуку, по комфорту отстаёт от современной. Нам хочется более новый санитарный транспорт. 

Ведущая. Значит, сейчас можно сказать, что техника изношена?

Н. Отарбаев. Она просто возрастная, так скажем. Но она по всем параметрам допущена к полетам. 

Ведущая. А сколько стоит содержание одной единицы такой техники в год?

Н. Отарбаев. Я не смогу сказать точную цифру, потому что не в нашем ведении вертолеты, самолёты. Вертолеты мы арендуем у «Казавиаспас». Они предоставляют нам вертолеты по всем регионам. Сейчас мы с ними увеличиваем зону покрытия, именно вертолётами. Раньше не во всех регионах были вертолеты, сейчас динамика хорошая и выставляются, практически, во всех областях вертолеты. Инфраструктура – это первое. Если говорить о наземной службе, то это дороги. Есть отдаленные посёлки, где дороги не в хорошем состоянии. Над этим работает Правительство РК, местные исполнительные органы. Сейчас эта проблема остаётся актуальной, потому что это влияет на своевременное оказание скорой медицинской помощи. Для воздушной транспортировки необходимо вертодромы и самолётные площадки. В каждом районном центре должны быть эти площадки. Мы призываем районных акимов, чтобы они за этим следили. Вторая большая проблема – это нагрузка. Особенная большая нагрузка для скорой помощи идёт в период подъёмов заболеваний, эпидемий, сезонности. Тогда выпускаются дополнительные бригады. 

Ведущая. Будут ли ещё вноситься изменения?

Н. Отарбаев. Да, мы будем расширять подготовку персонала во всех направлениях. Я бы ещё хотел остановиться на третьей части. Первая часть – это первая помощь. Мы хотим, как в развитых странах, сделать это на системной основе. Первая помощь должна оказываться немедицинским персоналом, а тем, кто находится рядом. Человек должен знать, как себе оказать первую помощь до приезда скорой помощи. Мы это хотим законодательно внести в Кодекс о здоровье, потому что этого понятия нет. Во-вторых, обязать, чтобы эту первую помощь, как минимум, оказывали те службы, которые сталкиваются с обслуживанием населения – пожарная служба, дорожная полиция, проводники, Стюарты, сотрудники ЦОНов. И, чтобы они все владели оказанием навыками первой помощи. Это должно начинаться в школе. 

Ведущая. Если это будет утверждено на Законодательном уровне, получается у людей смогут привлекать ответственности? Это тоже предусматривается?

Н. Отарбаев. Да. Это тоже предусматривается. Будет большая категория лиц, которые обязаны правильно оказывать первую помощь и, соответственно, проходить обучение. Для примера, в некоторых странах, прежде чем выдавать водительские права, человек должен пройти обучение по оказанию первой медицинской помощи. Это, абсолютно, правильно. Мы вносили такое предложение в Национальный план по снижению смертности при ДТП. Это большой раздел по первой помощи. Мы готовы сейчас широко обучать правильности оказания этой первой помощи. Второй раздел – это скорая наземная и воздушная помощь. Третий раздел – это приемный покой. Привозит скорая помощь в приемный покой. К сожалению, когда привозит скорая помощь, возникают следующие ситуации. Либо очередь, либо ждём, пока спустится дежурный персонал и время теряется. Более 5 лет назад проводилась одна работа и изучалось среднее время первого контакта пациента, который пришёл с медицинским персоналом. Это было 39 минут. Сейчас, после этой реформы, мы сделали работу приемного покоя в новом формате. Вне зависимости от того, пришёл пациент сам или привезла скорая помощь, первый контакт происходит незамедлительно и после него возникает сортировка. То есть, либо ему надо оказать быстро помощь, либо он может немного подождать, либо им будут заниматься в рамках до обследования. Это внедряется сейчас в больницах, чтобы они таким образом оказывали помощь. И этот персонал должен быть обучен по международным стандартам. 

Ведущая. Спасибо большое за сегодняшнюю беседу! Я надеюсь, что ситуация изменится в лучшую сторону и все эти реформы приведут к положительному  результату. Я напоминаю, что сегодня у нас в гостях был директор Республиканского Центра санитарной авиации Нуржан Отарбаев.

Самые важные новости Казахстана в нашем Telegram-канале. Подписывайтесь!

Читайте также

Похожие новости